Тридцать ненаписанных писем
 

Белобрысый молчал, было видно, что в нем бо­рются противоречивые чувства, но желание поде­литься мучившей его болью все-таки победило. Ко­гда он заговорил, голос его был тихим и грустным.
- Я никому еще этого не рассказывал. Мы встречались до армии, но я ей ничего не обещал, не знаю, чего она там себе напридумывала. У меня бы­ли еще подружки. Другие. И после армии я соби­рался отжигать по полной, а она присылала мне письма: про вечную любовь до гроба, что без ме­ня ей свет не мил, что она считает каждую секунду до встречи и не отпустит меня ни на миг. Я испу­гался полного рабства...

Я облажался, Егор. Я хо­тел еще немного погулять и не понимал, как сильно я ее люблю. Взял паузу, хотел подумать, собраться с мыслями. Ну и до дембеля оставалась всего пара месяцев. Не хотелось из-под армейского сапога по­падать сразу под женский каблук. И если бы я знал тогда, что творится в ее душе. Она ждала моих пи­сем два месяца, а раньше я писал ей через день.

А потом она оделась во все белое и спрыгнула с крыши. За день до моего возвращения. Оставила мне записку: «Мир без тебя ничто, и меня без тебя нет, не буду тебе мешать, уходя, выключаю свет». Себя убила и меня убила. Я же эти два месяца, пока не писал, все думал, думал и решил ей пред­ложение сделать. Понял, что она мне дороже сво­боды. Да только поздно.
- Грустная история. Только при чем здесь эмо и за что ты меня убил?
- Да не хотел я тебя убивать. Да и эмо этих поганых я тоже убивать не собирался. Сказали мне друзья, с кем Светка моя тусовалась, посмотрел я в Интернете картинки эмовские, лозунги всякие и понял, кто ей мозги набекрень свернул. Розово-чер­ная зараза, суицидные подпевалы.

- Понятно. Ты со своими чувствами слишком долго разбирался, а виноваты эмо, давай их валить.
- Не валил я никого. Это профилактика, пой­ми. Мы запугиваем девок, чтобы они уходили из этой депресухи суицидальной, а ты просто под ру­ку попался. Я сейчас весь мир ненавижу. Если бы у меня на дороге тогда лучший друг встал, я бы и его...

- Ненависть тебя ослепила. - Эгор осекся. - Кстати, как тебя зовут?
- Виктор, - угрюмо сказал блондин, опасаясь, что странный эмо сейчас протянет руку.
- Победитель, значит. Ладно. Я, Виктор, как ни странно это прозвучит, по поводу ненависти пони­маю тебя в данный момент, как никто не поймет. Это она, голубушка, меня сюда привела. И вот что я хочу тебе сказать. Если б я знал точно, что послетого, как я тебя убью, ты попадешь к своей Светке, я бы тебя убил, хотя это уже не месть, а подгон какой-то получился бы. Но убивать я тебя не буду, у меня про тебя сейчас другая идея появилась.

стр. 3 из 5 пред. :: след.
Оглавление