«Смерть стоит того, чтобы жить, а любовь стоит того, чтобы ждать»
 

И де­лать все по правилам пытался, но собрались играть сплошные шулера. И Мания, и Кот, и королева - играли все свою игру, заканчивать ее пора. Все слишком далеко зашло.

Эгор снова фыркнул, подхватил легкую Кити жилистыми руками и, поднявшись с ней на полмет­ра от пола, полетел к выходу.- Эй, ты куда? Разлом ведь не там. Эй, подо­жди! - Клоун, еще хлюпая носом и размазывая по красным щекам слезы, побежал за Эмобоем.
Эгор пролетел по галерее помещений морга и вылетел в бархат июльской ночи, подсвеченный полной луной. Он искал место, где проститься с любимой и где ей не страшно будет очнуться. На­конец его взгляд упал на поляну в самом конце неухоженного старого кладбища при морге. Она вся поросла высоченной травой, и заметить там Кити можно было бы только с высоты птичьего полета. «То, что надо», - подумал Эмобой. Он опустился в центр поляны и бережно положил тело Кити на траву.

Она светилась тихим ровным све­том, на который стали собираться дальние родст­венники Эгора - ночные мотыльки. Эмобой снял черный хитон и прикрыл им не знающее стыда спящее тело, оставив под луной белокурую голову с детско-кукольным лицом. «Спи, моя милая Ки­ти, - думал он. - Когда ты проснешься, меня уже не будет». Эгор стоял, наклонив голову над губами Кити, и любовался ею в последний раз, но тут идиллию опять нарушил запыхавшийся клоун, с трудом отыскавший влюбленных.

- Эгор, да что с тобой? Ведь обещал ты коро­леве, что принесешь ей Кити.
- Немного поумнел. Не стал я чувств своих по­казывать при Маргит, чтоб не смогла мне поме­шать. Я жизнь отдам за Кити. Пусть умру, но я умру счастливым.
- Что сделаешь ты?
- Счастье заберу. Свое законное, прощай, мой толстый друг. Как мог подумать ты, что я поверю
Маргит после того, что с Кити сделала она? Как мог поверить, что рискну любимой? Что заточу ее навеки в этот страшный, убитый королевой Эмо­мир! Она - прекрасное создание Реала, так пусть живет, собою украшая свет. Да если б десять жиз­ней было у меня, я, не задумываясь, отдал бы сей­час их за Кити поцелуй.

Эгор приблизил свои губы к лицу Кити, но в последний момент отпрянул:
- Крамольнейшая мысль мне в голову пришла. Раз Эмомир - лишь плод фантазий Кити, то Кот, Маргит и Мания - лишь часть ее подсознания? Спасенье Ритки и все, что там произошло со мною, лишь пар над супом тайных мыслей Кити? Что, если эта ночь и это трогательное, любимое и безза­щитное созданье, что без моей любви умрет, всего лишь мысль, мечта подспудная, терзающая Кити? А я исчезну навсегда?

стр. 3 из 6 пред. :: след.
Оглавление