Убить эмо (61-70)
 

– В жопу. Никакого ресторана. Даже не мечтай.
– Ты как с матерью разговариваешь? Может, тебе и аттестат не нужен?
– Думается, от меня теперь мало что зависит. А если слухи не подтвердятся, то аттестат на стол – и баста. Даже не смей деньги отмаксать за эту ночную обжираловку. Лучше Митьке что нибудь купи. Или сама в салон красоты сходи. Я ни за что не намерена отмечать выход из тюряги.

– А как же последняя линейка, актовый зал?
– В жопу. Приду в рваных вельветовых штанах. Позорить тебя буду! Мама, да очнись ты ради бога!
Кого ты хочешь обмануть? Все прекрасно знают мое отношение к школе. Если б не ты – меня поперли бы…
– Вот. Наконец я услышала слова признания моих заслуг! Я ради тебя горбачусь в библиотеке, унижаюсь передо всеми, терплю обиды и оскорбления!
– Ура! В следующем году мы скопом сваливаем из школы! Папа! Мама решила уволиться из богадельни!
– Замолчи! Немедленно! Скоро Митьке образование получать.
– Быть может, он будет смирным и не выеживаться?
– Лишние гарантии не помешают. Мальчику будет полезно помнить, что шалить нельзя, а то маму опозорит.

74.

Кирилл вернулся в день разгрома нашей футбольной команды. И как он сам сказал, первое, что услышал, было «писец России!». Толпы потерянных болельщиков приговорили к писцу свою родину.
– Господин, а кто вы по национальности?
– …дюк.
– А родом откуда?
– Из расписяченной России.

Шутка. Не мной придуманная. Это Кирилл бесновался.
– Подмена одного понятия другим! Скажи мне, чем можно гордиться в этой стране? Балетом? Не надоело? Нефтью? Которую мы загоняем втридорога своим согражданам? Что у нас есть качественного? Бедные ребята отпахали на поле как гладиаторы на арене. А теперь по их вине – писец России.

Он так долго разорялся. Не пойму, что его взбесило? Хотя мой папа придерживается похожего мнения.
Я хотела поспорить. И вдруг подумала, а что, если я стану знаменитой? Все французы полюбят мои рисунки и начнут наперебой спрашивать, кто автор. А я им скромно так – русская художница… Смешно.
А тем же вечером я впервые увидела, как выглядят работы других любителей искусства под названием «комикс». Если бы не присутствие Кирилла, то я бы поревела от души. Как это было недостижимо прекрасно! И примитивно детское, и отточенное фэнтези.
Николай презентовал всего три альбома, в которых была «сборная солянка» из разных авторов. Мне тут же стало ясно – учиться надо. Как можно больше. Сразу захотелось вцепиться в бумагу и карандаш…

стр. 10 из 24 пред. :: след.
Оглавление