Убить эмо (41-50)
 

Первого кролика он прикончил за раз. Даже колоду не запачкал. А вот со вторым получилось не очень. Второй кролик бешено вырывался, изгибаясь во все стороны. А после первого удара запричитал громким детским голосом. Как будто мы сообща пытали младенца. Дядька разозлился испорченным впечатлением и долбанул зверьку по черепу во второй раз. Но неточно.
Недобитый кролик непрерывно истошно голосил, девчонки не менее истошно орали. Кто то уже активно блевал.

– Бля буду, урою, падла буду, – твердо заявил обескураженный дядька и врезал со всей дури по ушастой изувеченной голове.
Кролик вякнул. Забился, а потом ненадолго затих. И через секунду все повторилось сначала.
Те, кто еще мог передвигаться, накинулись на изувера и обратили его в бегство. Он заперся в доме, откуда сначала слышался грохот падающих ведер, а потом нам посоветовали сматывать удочки. Иначе он начнет нас отстреливать из ружья.

– Сука драная, – плакала над окровавленной колодой Катька, стараясь не смотреть на размозженную в кашу голову.
Зверек уже не кричал, но задние ноги еще дергались, словно убегая в спасительные луга. Катькин парень снял с веревки грязное полотенце и прикрыл обоих кроликов.
– Давайте ему дом спалим, – предложили активные эмочки.

В гневе они смахивали на осатаневших косматых ангелочков в нашивках и значках.
– Ребята! Прекратите! Такими мерами мы ничего не добьемся! Он не специально. Просто он промахнулся, – разорялся Вайпер, не переставая снимать все на видео.
– Давайте их выпустим на свободу! – агитировала зеленая лицом Катька.
– И их тут же погрызут собаки, – возразила я.
Пока мы пытались мирно решить проблему спасения кроликов, шустрые эмочки не растерялись, ловко подперли входную дверь скамейкой и рванули в сарай за подручным материалом.

А потом они вереницей отправились в деревянное строение, которое своим видом не оставляло сомнений в своем назначении.
Дядька все таки тронулся умом. Из за дырявой тюлевой занавески то поминутно показывалась его угрожающая морда лица, то из форточки вылетала однообразная брань. Потом он сообразил, что рожами и матюгами ничего не добьется, и тогда действительно выстрелил в дверь, которая осталась невредимой с нашей стороны.
А потом притих. Он не мог видеть, чем мы занимаемся. А мы, организовав цепочку, морщась и повизгивая, передавали друг другу начерпанное в ведра содержимое сортира. Как оно воняло! Надеюсь, что мне не доведется еще раз встретиться с этим запахом.

стр. 5 из 23 пред. :: след.
Оглавление